На русском English
Последнее обновление на сайте: 22.06.2017 г.
Горячие контакты
  • Работа с обращениями граждан
    8 (383) 223-16-68
  • Пресс-служба
    press@zsnso.ru
    8 (383) 223-44-77
В помощь депутатам 6-го созыва Наказы избирателей Молодежный парламент К 80-летию Новосибирской области
На главную Карта сайта Написать администратору Добавить в избранное Контакты
СМИ Кто есть кто?
Слово
Позиция
Ведомости
Советская Сибирь
Версия для печати
Кто есть кто? Василий Молодавский

По принципу социальной справедливости

Жизнь многообразнее любых законов, но именно они определяют общественные отношения — жизнь человека в обществе. Почему не все законы работают, от кого зависит порядок на улицах и что такое почтенная старость — об этом наш разговор с депутатом Законодательного собрания Новосибирской области Василием Александровичем Молодавским.

На передовой жизни

— Василий Александрович, была такая строка в вашей биографии — спецмилиция. Что это за служба?
— Сейчас этого управления в МВД уже нет, а тогда в наши обязанности входило сопровождение документов, грузов, мы работали с научными учреждениями в Академгородке и Кольцово. Тогда была фундаментальная наука, со своим огромным потенциалом. Был строжайший режим, потому что в основном вся работа была направлена на оборону, велись серьёзные научные разработки, имеющие государственное значение. В период перестройки этот потенциал начал утрачиваться — люди увольнялись, помещения сдавались в аренду, всё переходило на рельсы коммерции. И это губительно сказалось на науке. Сейчас встречаю бывших сотрудников этих учреждений — некогда талантливые учёные теперь занимаются бизнесом, и довольно успешно, только теперь они работают не на государство, а на себя. А в это время у нас падают «Протоны» — потому что не хватает толковых, ответственных, талантливых специалистов, а у тех, кто работает, нет соответствующей подготовки. И это в нашей космической отрасли, которая прежде была самой передовой! К сожалению, базовая советская наука не выдержала последствий перестроечных реформ. А мы снова и снова продолжаем реформировать — науку, спорт, образование, медицину, милицию. Негативные последствия таких преобразований налицо. И все это видят, всем это не нравится, но ничего не меняется.
— Работать участковым — всё равно, что быть на передовой, а вы ещё и в угрозыске работали, и руководили отделом СОБРа...
— Участковым милиционером я работал в одном из микрорайонов Бердска. Действительно, прошёл большую школу в органах МВД, одно время работал начальником патрульно-постовой службы, как раз перед тем, как уйти в СОБР. Но самый большой след в моей жизни оставила, конечно, работа на участке. На мой взгляд, в милиции, точнее в полиции — до сих пор не могу смириться с новым названием, — это самая тяжёлая, я бы сказал — адова работа. В результате реформы произошли большие сокращения, причём именно в самых нужных службах, занимающихся наведением порядка на улицах — участковых инспекторов, сотрудников ГИБДД. Мне кажется, это в корне неверно. Это так же, как с реформой образования: была прекрасная советская модель, на которой выросло не одно поколение великих учёных, специалистов, поднимавших науку, промышленность, страну. Но кому-то понадобилось ввести ЕГЭ, и теперь мы имеем наплыв в вузы недоучек — тех, кто прошёл экзамен с помощью ответов, выложенных в Интернете. Аналогичная история и с милицией-полицией. Название сменили, людей сократили, а по дороге растеряли самое главное.
— На своём округе вы сталкиваетесь с проблемой дефицита участковых?
— Конечно, участковый, как на Западе шериф, занимается абсолютно всем на своей территории. Это и оперативная работа, и работа с подростками, с «трудным» контингентом, и функции административно-технической инспекции, и соблюдение паспортного режима, и раскрытие преступлений — огромный объём дел. И в то время, когда я работал — конец 80-х — начало 90-х, — не хватало участковых милиционеров. Это было тяжёлое время: остро стояла проблема алкоголизма, правонарушений среди несовершеннолетних, наркомании. Базой той профессиональной подготовки, которую я получил в последующем в уголовном розыске и СОБРе, стала именно работа участковым. Хотя опыта набирался везде.
Побороть привычку
— С какими проблемами чаще всего приходят люди к депутату?
— Сейчас много обращений связано с нехваткой мест в детских садах, работой управляющих компаний. Чтобы помочь в таких ситуациях, часто приходится действовать на уровне личных взаимоотношений, контактов по моей основной работе — в социальной сфере. Взять те же коммунальные проблемы — человеку, даже весьма образованному, сложно разобраться в системе формирования тарифов, а старикам сделать это просто нереально. И это большая беда не только для населения, но и для предприятий. К сожалению, монополист диктует свои правила игры… Всё это частности, из которых складывается общая картина — наша жизнь. На основе такого вот жизненного опыта, общения с избирателями мы и принимаем областные законы. Закон — регулятор общественных отношений. Вы пришли на приём к врачу, привели ребёнка в школу, устроились на работу — всё это определяется нормами законов. В правовом обществе как можно большее количество общественных отношений должно быть охвачено законом.
— Нынешней весной депутаты заксобрания обсуждали ситуацию, сложившуюся с несанкционированными свалками в Новосибирском районе. Что вы об этом скажете?
— Новосибирский район — это очень красивая территория с богатыми лесами, но посмотрите, сколько там мусора! Около садоводческих обществ сплошные свалки. И мусор этот — не сельского происхождения: селяне текилу не пьют. Перед посёлком Пашино есть мусорный полигон, установлен специальный контейнер, мимо не проедешь, и всё равно выбрасывают мусор в лесу. Когда мы, депутаты комитета, обобщили практику правоприменения существующего закона, оказалось, что она ничтожна. Да, в соседних регионах — Кемерово, Омске — размеры штрафов выше, но у нас практически нет правоприменительной практики. Два административных протокола составлено в 2010 году, шесть — в 2011-м и одиннадцать — в 2013-м. Это значит, закон практически не работает. Тогда какой смысл вносить поправки, если даже то, что существует, не применяется?! Была ведь у нас экологическая милиция, может быть, работала неэффективно, так надо было заставить её работать!
— Вот сейчас принят антитабачный закон, своевременная мера, но когда ещё он заработает?
— Начнём с того, что он опоздал как минимум лет на 50. Всякий закон должен иметь чёткие нормы, которые позволят принять потом действенные механизмы его реализации. Это главные составляющие качественного, действенного закона. Есть, к примеру, санкция за курение в общественных местах, а кто будет определять, в 15 метрах от здания курит человек или ближе, и выписывать ему штраф? Правоприменение закона должно быть стопроцентным, тогда он будет действенным. А у нас есть немало законов, которые не работают, потому что не созданы условия, нет правоприменительного механизма. В таком случае, зачем они нужны? Для чего мы тратим на их разработку время, силы, средства?
— Вы сами курите?
— Нет, бросил четыре года назад, хотя общий стаж курильщика у меня тридцать пять лет.
— Как решились бросить?
— Просто однажды подумал: неужели эта привычка сильнее моей воли? А поскольку я много в жизни испытал, много пережил, считаю себя человеком волевым — дал себе команду. Сделал это сразу, бесповоротно, раз и навсегда. Случилось это, когда я лежал в госпитале ветеранов войн — как сейчас помню, в ночь с 8 на 9 мая.

Почтенный возраст

— Как вы решились так кардинально сменить сферу деятельности и стать директором специального дома-интерната для престарелых и инвалидов?
— Сергей Иосифович Пыхтин предложил мне эту должность, а его предложение было выражением доверия. Честно говоря, для меня это было непростым решением, потому что я отчётливо понимал: каким бы ты заслуженным воином, орденоносцем ни был, на этой должности ты, прежде всего, хозяйственник. И, поработав директором, со временем осознал, какой это тяжёлый труд — ты должен быть и юристом, и экономистом, и бухгалтером, и инженером, и сантехником, и врачом, и психологом в одном лице. По крайней мере, иметь представление о разных направлениях деятельности. Первое время я практически жил на работе. Не скажу, что у меня сразу получилось. Помог и коллектив, и в чём-то сами проживающие. А в Бердском пансионате для ветеранов труда сложился замечательный коллектив — это люди, которые в свой выходной, в отпуск приезжают на работу, им не сидится дома, им не хватает той атмосферы, которая есть в пансионате…
— У вас и подсобное хозяйство есть?
— Да, в таких учреждениях всегда имеется подсобное хозяйство — мы выращиваем овощи и содержим свиноферму на 200 голов. В перспективе планируем завести и крупный рогатый скот. Автономно мы можем просуществовать очень долго.
Не то что бы совсем сами себя кормим, но это большое подспорье. Плюс трудовая реабилитация для наших дееспособных проживающих.
— Население России стремительно стареет. Как человек должен правильно готовиться к пожилому возрасту, чтобы не стать обузой для близких?
— Это, скорее, философский вопрос. На основе собственного опыта я как-то пришёл к мысли, что первую половину жизни человек живёт так, чтобы испортить себе вторую. В силу достаточно хорошего здоровья в молодости мы позволяем себе, не задумываясь, многое — те же курение или алкоголь, а в возрасте все эти вредные привычки аукаются проблемами. Старение — неизбежно. Сколько здоровья у человека останется на исходе жизни, зависит от него самого. Меня больше волнует вопрос, как создать условия, чтобы старость была почётной. Я много общаюсь с проживающими, отвечаю на их вопросы и просьбы, мы часто устраиваем для них всевозможные праздники, концерты, экскурсии. Это необходимая дань уважения людям, которые прожили самый тяжёлый период в жизни нашей страны: голод, военные и послевоенные годы, тяжёлый труд в колхозах, на заводах. Они настоящие труженики! У них была сложная жизнь. Они мало что имели — на двоих одни валенки, одну телогрейку. И выстояли. Поэтому им нужно создать достойные условия. А мы по мере сил стараемся это делать.