На русском English
Последнее обновление на сайте: 22.02.2018 г.
Горячие контакты
  • Работа с обращениями граждан
    8 (383) 223-16-68
  • Пресс-служба
    press@zsnso.ru
    8 (383) 223-44-77
Наказы избирателей Молодежный парламент Конкурс на лучшую организацию работы общественной  приемной
На главную Карта сайта Написать администратору Добавить в избранное Контакты
СМИ Кто есть кто?
Слово
Позиция
Ведомости
Советская Сибирь
Версия для печати
Кто есть кто? Николай Похиленко
Похиленко Николай Петрович
Избран депутатом Законодательного собрания НСО по одномандатному округу №37 (Советский район города Новосибирска).
Депутат комитета по культуре, образованию, науке, спорту и молодёжной политике.
Фракция: «Единая Россия».
 
Наука нового тысячелетия
 
Среди депутатов Законодательного собрания НСО есть сразу два академика РАН. Старший из них, Николай Похиленко, уже семь лет параллельно с научной работой и руководством крупнейшим геологическим институтом в составе академии — Институтом геологии и минералогии СО РАН — занимается законотворческой деятельностью. И не будет преувеличением сказать, что знают его во всём мире.
 
Время перемен
 
— Николай Петрович, расскажите, как повлияли изменения в Российской академии наук на дальнейшее развитие Академгородка?
— В сентябре прошло общее собрание Российской Академии наук, на котором были избраны новый председатель РАН — им стал физик Александр Сергеев — и новый председатель Сибирского отделения, химик Валентин Пармон, один из ведущих специалистов в мире в области катализа. Он известен очень широко в научных кругах России и зарубежья, обладает солидным организаторским опытом.
Первая важная инициатива нового председателя — создание на базе Новосибирского научного центра нового Научно-технологического образовательного центра в рамках тех положений, которые предусмотрены федеральным законом №216 о НТЦ. В рамках этого центра планируется объединить институты, которые находятся в Академгородке, с некоторыми другими организациями. Предполагается, что туда войдёт часть организаций Академпарка, наукоград Кольцово, будут вестись переговоры по участию в работе этой структуры клиники Мешалкина, Краснообска, организаций бывшей Российской академии медицинских наук (она вошла в состав РАН, как и академия сельскохозяйственных наук, базировавшаяся в Краснообске) и НГУ как кузницы кадров. По-видимому, будет участвовать в этом проекте и НГТУ. Создающийся центр даст второе дыхание программе развития высокотехнологичных производств в Новосибирской области, ускорит работу по реиндустриализации. А из всех научных проектов будут выбраны самые подготовленные с самыми лучшими экономическими перспективами, которые на выходе дадут востребованную высокотехнологичную продукцию.
Этот серьёзный шаг уже обсуждался с врио губернатора Андреем Травниковым. Новый глава региона поддержал его. А от федерального правительства куратором проекта станет вице-премьер Аркадий Дворкович.
В руководстве СО РАН появились и другие новые люди, кроме председателя. Первым заместителем Валентина Пармона стал молодой академик — руководитель Института ядерной физики имени Будкера Павел Логачёв. Он будет заниматься масштабными проектами, которые готовятся в отделении. Заместителями председателя стали Николай Кашеваров — от бывшей сельскохозяйственной академии и Михаил Воевода — от медицинской, а также Валерий Пузырёв из Томского научного центра. Из предыдущего состава заместителей остались Ренат Сагдеев, Василий Фомин и я. Главным учёным секретарём стал директор Института теплофизики Дмитрий Маркович. Многие из новых руководителей СО РАН входят в научно-координационный совет Федерального агентства научных исследований, в главном президиуме РАН тоже много представителей нашего отделения — сам Валентин Пармон был избран вице-президентом РАН, а Сергей Багаев, Павел Логачев, Дмитрий Маркович, Николай Кашеваров, Ренад Сагдеев, Искандер Тайманов и Евгений Чойнзонов избраны членами президиума РАН.
Мы планируем усилить работу по воплощению в жизнь наработанных технологий, которые пока лежат на полках. Сейчас объявлена стратегия научно-технологического развития РФ, есть план этой стратегии, и по ней Сибирскому отделению есть что предложить — целый ряд разработок высокой степени завершённости, у которых все шансы стать флагманскими пилотными проектами с хорошими перспективами экономического успеха. Есть среди них и поистине уникальные вещи. Например, технологии с использованием протоновой терапии лечения раковых опухолей. Установки для этой процедуры уже работают, давая блестящие результаты. С учётом резкого обострения ситуации с онкологическими заболеваниями у нас и в других странах мира они явно будут востребованы. По-хорошему хотя бы одна такая установка должна быть в каждом городе и районе.
Сейчас производство лазерных систем у нас развито слабо, а большая их часть закупается за рубежом. А в них нуждаются многие отрасли промышленности, современная медицина, и здесь качественные технологические наработки, необходимые для развития производства лазерных систем имеются в ряде институтов СО РАН: лазерной физики, ядерной физики, автоматики и электрометрии, научного приборостроения. Наш Институт геологии и минералогии наладил небольшое производство «сердца» для лазеров — нелинейных кристаллов. Они не дают монохроматическое излучение, и это позволяет получать хорошие импульсы разных мощностей в большом диапазоне частот — от ультрафиолетового до инфракрасного. А сейчас создали производство кристаллов, которые хорошо работают и в терагерцевом диапазоне, то есть на ещё более длинных волнах, чем в инфракрасном диапазоне. Что они нам дают? Возьмём рентген: в медицине с его помощью можно узнать, что у человека не так с опорно-двигательной системой, но о том, что происходит с нервами или сосудами, он никакой информации не даёт. А терагерцовое излучение позволяет всё это узнать. Это очень важно в нейрохирургии с очень тонкими операциями при различных травмах, к примеру, травмах головы. Необходимость в таких операциях каждый год измеряется десятками тысяч, особенно после автоаварий. В Германии сделали прибор, «сердцем» которого стал наш кристалл — на нём можно целиком исследовать тело человека, выявлять раковые образования на самой ранней стадии, когда они ещё никак себя не проявили, и методом протонной терапии уничтожать их в самом зародыше.
Что касается новых направлений в медицине — генетические исследования позволяют по тем или иным особенностям генной информации в теле человека определить его предрасположенность к тем или иным заболеваниям, чтобы назначить конкретную терапию. А в сельском хозяйстве их можно использовать для получения устойчивых семян новых сортов —– и не просто экспериментальную горсточку, а сотни и тысячи тонн, чтобы собирать затем нормальные урожаи. Урожаи пойдут на производство сбалансированных кормов, чтобы животные не болели, хорошо росли без антибиотиков и стероидов и давали качественное мясо и молоко. Работа в этом направлении начата, обсуждается участие СО РАН в крупном проекте на западе области, где поставлена задача выращивать кормовую рожь, дающую 30—35 центнеров с гектара. Из избытков можно будет получать биоэтанол и использовать в нефтеперерабатывающем производстве для получения хороших сортов евробензина.
В геологии к перспективным направлениям можно отнести новые типы летательных аппаратов для геологоразведки: высокоэффективная съёмка с беспилотников будет на порядок дешевле и быстрее существующих методов. IT-специалисты разрабатывают алгоритмы для работы этих приборов, которые позволят с помощью электромагнитных колебаний изучать строение грунтов, что важно для поисков месторождений разных типов полезных ископаемых, для решения задач инженерной геологии, сопряженных со строительством. Группа под руководством академика Михаила Эпова занимается разработкой новых методик электромагнитной, электроразведки для поиска новых месторождений полезных ископаемых. Наш институт причастен к разработке методов прогнозирования и поисков большого диапазона месторождений благородных, цветных, редких, редкоземельных элементов и алмазов в малоизученных районах. Благодаря этим методам мы можем узнать, где и как залегают интересующие геологов породы, какими объёмами, на какой глубине. Мы в СО РАН должны активнее вовлекать в переработку новые типы сложных руд, в которых содержится до 18 редких и редкоземельных металлов — лантаноиды, ниобий, скандий, которые нужны и в машиностроении, и в электронике, и при создании скоростного транспорта и новых устройств для энергетики, включая электродвигатели на сверхсильных постоянных магнитах из сплава с высоким содержанием редкоземельных металлов. Устройства на базе сверхпроводящих материалов позволят создавать электродвигатели размером с дыню и мощностью в 150 лошадиных сил – а это очень важно для нового поколения автомобилей.
Ещё одно важное для нас направление — это добыча сапропелей — донных осадков органического происхождения, которые вызывают заболачивание водоёмов. Огромные ресурсы этого сырья находятся на западе Новосибирской области, где заболачивание идёт большими темпами. Сапропели могут эффективно использоваться в сельском хозяйстве для получения сбалансированных кормов. С Институтом цитологии и генетики мы проводили эксперименты по использованию этого сырья для повышения урожайности злаков и получили двукратное увеличение. Биологически активные вещества, которые содержатся в сапропелях, повышают интенсивность обменных процессов, сокращают на 15 процентов сроки вегетации, тем самым уменьшая время созревания. А у нас ведь зона рискованного земледелия, тёплый период длится только сто дней и уже ближе к осени появляется большая вероятность заморозков. Так что сокращение срока созревания на 15 дней для нас уже достижение. Сапропели и, особенно, продукты их переработки мы можем экспортировать в страны с очень бедными почвами — Китай, Индию, Саудовскую Аравию, Эмираты. А заодно будем спасать заболоченные озёра, запускать туда карпов и сазанов для развития рыболовства.
Есть и другие варианты использования наших разработок — как для решения проблем Сибири и России, так и для экспорта. Половина нашего экспорта сейчас — это добывающая промышленность, такую ситуацию надо менять и отправлять за рубеж больше продуктов глубокой переработки.
 
Три болевых «кита» Академа
 
— Какие самые насущные житейские проблемы Академгородка и Советского района в целом находятся сейчас в центре внимания?
— Их у нас много, пока отмечу три. С просьбой оказать содействие в их решении я обращался в письме к премьер-министру Дмитрию Медведеву, когда он был у нас в 2015 году, рассказал о них и врио губернатора Андрею Травникову при нашей первой встрече. Первая из них — завершение строительства водовода для обеспечения качественной питьевой водой Верхней зоны Академгородка. Для этого надо порядка одного миллиарда рублей. А пока что большая концентрация в воде марганца, железа и минералов приводит к повышенному количеству заболеваний почек.
Вторая — строительство новой поликлиники. Нынешняя, на Морском проспекте, по многим стандартам устарела и нашему статусу международного научного центра не соответствует, тем более что и строилось здание изначально под общежитие. Участок под новую поликлинику уже выделен, а это здание можно было бы переоборудовать под первоначальное назначение — под общежитие повышенной комфортности для будущих сотрудников поликлиники, возможно, даже с дальнейшей приватизацией квартир.
И третий вопрос — судьба музыкальной школы, которая сейчас вынуждена ютиться в подвале школы №130. Мы и с мэром Новосибирска Анатолием Локтем на эту тему разговаривали, и участок подходящий есть, но построить здание до сих пор не получается.
Медведев достаточно оперативно дал тогда поручения профильным министрам — Михаилу Меню по водоводу, Веронике Скворцовой по поликлинике, Владимиру Мединскому по музыкальной школе. Примерно через два с половиной месяца в наши областные министерства пришли соответствующие поручения с рекомендациями включить эти объекты в программу развития Советского района. Но денег из центра не предполагалось — всё за счёт собственных средств! Что касается поликлиники, министр здравоохранения области Олег Иванинский говорит, что во многих сельских районах дела обстоят намного хуже, так что здесь в ближайшей перспективе нам ничего не обещают. По школе есть два варианта: либо обязать инвестора построить школу и потом выкупить её, либо разрешить инвестору построить жилой дом, обязав его отвести первый этаж под «музыкалку». Ну а по водоводу никаких вариантов нет, с ним мы будем работать, потому что это проблема здоровья наших жителей.
— Районная администрация, депутаты горсовета поддерживают эти проекты?
— Мы регулярно встречаемся с Александром Фельдбушем, Ириной Путинцевой, Юрием Фоломкиным, Натальей Пинус — нашими депутатами в горсовете, они в курсе наших проблем. В основном наша задача, чтобы выделяемые депутатам в заксобрании и горсовете резервы депутатского фонда согласовывались с планами администрации. Мы совместно объективно оцениваем значимые болевые точки для района, выбираем те, куда направим деньги. В любом случае у депутатов одни возможности, у районной администрации другие. Активные люди стараются «пробить» какую-то одну проблему, а когда смотришь на весь диапазон проблем, то видишь, что она-то не самая важная, только более насущные не лоббируются никем.
 
Больше кружков!
 
— На какие вопросы вы стараетесь обращать внимание своих коллег по комитету в заксобрании?
— Высшее образование, наука, новые технологии — это основной круг моих интересов. Например, когда губернатором Новосибирской области был Виктор Толоконский, в регионе проходил совместный конкурс областного правительства и Российского фонда фундаментальных исследований для проектов, связанных с перспективными направлениями развития промышленности, медицины, агропромышленного комплекса. Финансировался он по принципу 50 на 50: облправительство и РФФИ выделяли по 10 миллионов. При следующем губернаторе Василии Юрченко конкурс приостановили. Год назад мы договорились с Владимиром Городецким о возобновлении конкурса, и его удалось провести при софинансировании уже по 28 миллионов с каждой стороны. Теперь я пытаюсь добиться, чтобы проект финансировался и дальше, подняв планку до 40 миллионов с каждой стороны — это мы уже обсуждали с министром финансов НСО Виталием Голубенко. Заместителем директора РФФИ сейчас работает наш бывший сенатор Виктор Косоуров, он поддерживает эту идею.
Я везде стараюсь доносить мысль о том, что нам надо больше технических кружков для школьников. Дети должны быть здоровыми и заниматься спортом, но нам нужны люди-созидатели, а не просто потребители. Как только я пришёл в заксобрание семь лет назад, я поинтересовался у Контрольно-счётной палаты и выяснил, что число кружков у нас сократилось по сравнению с концом 80-х годов в семь раз! И это плохо. Наши выдающиеся конструкторы — Королёв, Сикорский, многие другие, и не только наши, тот же Вернер фон Браун ещё, будучи школьниками, поняли, в чём их призвание, они постоянно что-то собирали, радовались, когда у них получалось. Известно, что физики и математики самые яркие открытия делают в молодости: Сергей Соболев стал академиков в 30 лет, Александр Скринский — в 31. У них тоже всё начиналось ещё в школе. А что сейчас? Одни бегают за мячом, другие, а их в сотни и тысячи раз больше, сидят на трибунах с пивом. Когда в школе кружков нет, человек себя творчески реализовать не сможет, даже если у него есть склонности и талант к техническому творчеству. Поэтому надо создавать условия, чтобы талантливые дети могли заниматься творчеством в школе, а это стоит не так уж и дорого. Пара-тройка кружков в каждой школе, городской и сельской — этого достаточно. Радио, роботы, модели самолётов — детали ко всему этому найти можно, главное — включить голову и догадаться, как их собрать.
— А вложить эти расходы в бюджет следующего года реально?
— Мы как раз поднимаем эту тему на комитете, чтобы поддержать внешкольную работу, особенно на селе. Хотя и в городе из 20 кружков, Домов пионеров осталось только три. Остальное — танцы, хоры, спорт… Ещё раз повторю: тело должно быть здоровым и красивым, но мышцы нам даны для того, чтобы мы развивали цивилизацию на основе работы того, что находится в голове... Иначе отстанем и с нашей огромной неосвоенной территорией окажемся далеко позади того же Китая, от которого мы уже по ряду позиций далеко позади.
Геологоразведочной отрасли сейчас приходится трудно. В Северо-Восточном геологическом комитете в Магаданской области работало в лучшие времена до 10,5 тысячи человек, сейчас осталось только 350. В Якутии в советские времена работали 12 экспедиций с 30,5 тысячи человек — а теперь всего одна тысяча. Арктические территории до сих пор плохо изучены, а изучать их некому. Хотя перспективы выявления там новых гигантских месторождений огромные. Об этом я говорил на форуме «Геологоразведка-2017».Модератор форума Сергей Иванов поставил холдингу «Росгеология» задачу разобраться с последствиями деятельности целлюлозно-бумажного комбината на Байкале, где ситуация близка к экологической катастрофе. Мне поручено провести рабочее совещание в Иркутске по этому вопросу. Помимо этого я сейчас координирую работу 21 института в девяти городах, которые имеют отношение к геологии. Два года назад параллельно с работой в ФАНО и СО РАН я стал заместителем председателя научно-технического совета по твёрдым полезным ископаемым «Росгеологии».
Территории, с которыми связана моя работа в «Росгеологии», — от Калининграда до Чукотки, рассматриваю проекты, нацеленные на развитие сырьевой базы по тому или иному виду сырья, оцениваю, насколько подготовлено кадровое и ресурсное обеспечение проектов, насколько значимым может быть результат. И на основе комплексной оценки качества и важности проектов НТС «Росгеологии» принимает решение по их финансированию. Помимо этого в БРИКС решено создать Ассоциацию благородных, редких, редкоземельных и радиоактивных металлов и драгоценных камней. В этой работе могут участвовать и другие страны — Япония, Корея, Малайзия, Филиппины, страны Евросоюза. Мне предложили возглавить научно-технический совет этой ассоциации. При НТС также планируется создание института с филиалами во всех заинтересованных странах. Работы много, у меня только в октябре этого года было четыре командировки в Москву, не считая поездок в другие города.
— Где же вы находите столько энергии для всей этой разнообразной работы?
— Привыкал много работать с молодости. У меня же было более 40 полевых сезонов в арктических районах. А длятся они по три-три с половиной месяца: прилетал, когда снег ещё не растаял, а улетал с первым снегом следующей зимы. Помню сезон 1978 года, когда снег растаял только 6 июля, а пошёл снова 28 июля. Тринадцать сезонов, с 1994-го по 2006 год, месяца по четыре, я провёл в арктических районах Канады как главный консультирующий геолог двух успешных проектов. В ходе первого из них мы поставили там на баланс месторождение с запасами полезных ископаемых, оцененными в 28,5 миллиарда долларов, затратив всего 36 миллионов. Тогда на каждом вложенном долларе наши инвесторы заработали не менее пятнадцати! А теперь представьте, сколько таких неизведанных месторождений ещё хранят наши собственные недра и как они могут обогатить нас — при условии, если грамотно подойти к их поискам и разработке.